Последние комментарии

Лера Кудрявцева: зачем мне еще тащить мужика?

Участница шоу «Звездный лед» рассказала о своих романах, проблемах с сыном и о родных.
 

Устроившись за столиком в ресторане, где была назначена встреча с «Телесемь», Лера достала из сумки мазь и… стала натирать ею ногу.
– Порвала связки. Сейчас на обезболивающих, на тренировки хожу с бандажом.
В шоу «Звездный лед» с партнером Гвендалем Пейзера– Лера, вам, видимо, адреналина не хватает? Вы то в танцах на паркете, то на льду, то в «Клубе бывших жен» на парашюте.
– Я авантюристка, хотя на самом деле… безумный трус. Боюсь всего – высоты, скорости. Но когда боюсь, хочу доказать самой себе, что могу это сделать. От страха иногда челюсти сводит, но я улыбаюсь!
– Ледовое шоу в разгаре. Но чем ближе финал, тем жарче не только спортивный азарт, но и другие страсти – обиды, зависть.
– Я завидую только двум вещам – шикарным густым волосам и людям, знающим несколько языков. Иная зависть у меня генетически отсутствует.
 

Все подруги – соперницы

– Видимо, по натуре вы оптимист?
– По крайней мере стремлюсь к этому. Хотя случаются и жуткие депрессии.
– Что выводит вас из равновесия?
– Ненавижу болеть. Когда нет сил ни физических, ни моральных. Недавно лежала с гриппом и думала, сколько бы я могла сделать за эти два дня... Порой просто устаю. Телефон звонит в день по двести раз. И ты начинаешь с людьми разговаривать как форменная сука. Но обычно я проорусь минут пятнадцать, потом сяду с сигареткой и скажу: «Прости».
– А плачущей вас видел кто-нибудь?
– В последние годы у меня проблема: мне плохо, а заплакать не могу. Но есть люди, перед которыми заплакать не боюсь. Они не используют мою слабость.
– Это подруги, мама, сестра?
– Нет. В основном мужчины. При маме не плачу. При сестре – возможно. При подружке – вряд ли.
– Неужели нет такой подруги?
– Есть. Но… Женщины по природе – соперницы. Даже самая близкая подруга в глубине души будет сравнивать нас двоих. А с мужчинами нам делить нечего. Я не говорю о чувственных отношениях. Когда я недавно болела, валялась с температурой 40, то ко мне приезжали именно друзья – Андрюшка Разыграев, Макс Годунов. Приносили еду, кормили бульоном из ложки. А когда Макс стал делать мне массаж ног, я разрыдалась: «Ребят, клянусь, ни одна бы подруга так за мной не ухаживала».
Когда мои девчонки звонили мне ночью со своими проблемами, я бежала на помощь. Никогда не звонила им я, знала – не приедут. Мальчишки приезжают всегда.
 

Лера КудрявцеваШоу-бизнес – это лицемерие

У Леры звонит мобильный.
– Ой, мама, привет! Да, вези, пирожки – это прекрасно. Купи еще и сыр. Мам, прости у меня интервью… (выключает телефон).
– С мамой часто видитесь?
– Почти каждый день. Она и сестра живут неподалеку от меня. Это самые близкие мне люди.
– У вас с детства такие трогательные отношения с мамой?
– Такие отношения складываются, когда вырастаешь. А все детство я над мамой… издевалась. Была тяжелым ребенком. Училась хорошо, ходила в секции, но хулиганила…
– Например?
– Ой… Приходила под утро домой, могла потеряться дня на два, уйдя на дискотеку. Мама на меня кричала. Папа два раза даже бил ремнем. Первый – когда я маленькой стащила у мамы золотую цепочку, потеряла ее в песочнице и не хотела в этом сознаться. Второй – когда вырвала из дневника листы с двойками и упиралась, что не делала этого. Отец долго и спокойно просил меня сказать правду. Я твердила свое… Тогда он отделал меня так, что задница стала синей. С тех пор ненавижу ложь и сама никогда не вру. Хотя, увы, весь шоу-бизнес состоит из лицемерия.
– И вы себя в нем прекрасно чувствуете…
– Нет, мы с ним сосуществуем. Я буду улыбаться, понимая, что мне врут. Но если я к кому-то отношусь плохо, то или совсем не общаюсь с ним, или скажу об этом.
 

В сериале «Улицы разбитых фонарей»Цена комфорта

– Вы пришли на телевидение почти 15 лет назад. Тогда и сейчас – это две разные Леры?
– Абсолютно. Я пришла девочкой в розовых очках, все вокруг мне казались ангелами... Но жизнь сложилась так, что мне никогда никто не помогал. Хотя нет, был мужчина, за деньги которого я заплатила страшную цену. Это была известная в Москве личность. У него были огромные деньжищи, а значит – власть. Он добивался меня год – осыпал драгоценностями, соболями-шиншиллами, менял мне машины каждый месяц. Я смотрела на него и думала: как он меня любит, что же я на него внимания не обращаю? И когда наконец он привел меня в квартиру и сказал: «Она наша», – я решила: мы сможем жить вместе. Не понимала – он просто купил меня. И поплатилась за это…
– Как именно?
– У него была патологическая ревность. Прослушивались все мои телефоны, в «Останкино» приезжали люди и снимали на камеру, с кем я целуюсь при встрече. Любой мужчина рядом со мной воспринимался как потенциальный ухажер. Когда я приходила домой, мой мужчина меня бил. Он приезжал на «Мосфильм» и угрожал: «Если возьмете ее в кино на главную роль, взорву вас всех». Подругам за слив информации обещались норковые шубы. Я тогда дружила с Отаром Кушанашвили, мы вели программу «Партийная зона». Так люди этого человека потребовали, чтобы Отар следил за мной, а потом отчитывался. Тот испугался и согласился. Через несколько лет Отар признался мне в этом. И я потеряла друга…
Я просила этого человека оставить меня, говорила, как его ненавижу. А он запугивал: «Или будешь со мной, или тебе не жить». Я боялась. Этот кошмар длился три года.
– И как вы с ним расстались?
– Я уходила от него раз 20, пряталась у подруг. Он находил меня, плакал, стоял на коленях... Но наступил момент, когда я поняла: все! Заявления в милицию написали я, мама, моя сестра, подруги. А ему я заявила: «Если со мной что-то случится – посажу». Он понял: я перестала бояться. Стал удочки сворачивать, правда, медленно. Прошло 8 лет, а он до сих пор звонит…
– И долго после этого вы боялись близко подходить к мужчинам?
– Когда осталась на мели (он забрал у меня все до последнего колечка), то испытала эйфорию. И твердо решила: больше никакой мужик не попрекнет меня копейкой. Зарабатывать и выбирать спутников буду сама. Причем руководствуясь только чувствами. В течение года моим другом был Интернет, я не могла общаться ни с кем. И еще спасала учеба в ГИТИСе.
 

Лера с соведущей «Клуба бывших жен» Верой СотниковойСыну – мужское воспитание!

– Как сын от первого брака переживал ваш бурный роман-нероман с тем мужчиной?
– Жаник спрашивал: «Мама, зачем тебе это надо?» Я не могла ему объяснить. Отвозила его то к маме, то к свекрови. Хотя мы с Сергеем (первый муж Леры Сергей Линюк, музыкант группы «Ласковый май». – Прим. «Телесемь») развелись через год после свадьбы, и он, и его мама помогали мне. После развода два года Жан жил у них. У меня же не было ни работы, ни средств…
– Так хорошо отзываетесь о первом муже, почему же расстались?
– Семья разбилась о быт – отсутствие мужа дома, девочки-поклонницы, ребенок… А мне 18.
– Что в воспитании сына считаете главным?
– Чтобы мужиком вырос. А для этого нужен отец. Жан повзрослел, гормоны играют, формируется характер, а меня он уже особо не слушает. Ладно, если он посуду не убрал, но случаются же вещи и посерьезнее. Задержится где-то, выключит телефон, а меня аж трясет.
– И как тогда поступаете?
– Ору. Я истеричка. Если он не реагирует, перехожу на крик. А Жан у меня Овен и страшно упертый.
– Чем он занимается?
– Учится в колледже при Плехановской академии. Потом будет туда поступать.
– Это вы ему посоветовали?
– Да, я его направляла. Считаю, что мужчины должны идти по части бизнеса. И думаю, он, такой проныра, реализует себя в этой сфере.
В день свадьбы: Лера и Матвей Морозов– Как складывались отношения Жана с вашим вторым мужем Матвеем Морозовым?
– Прекрасно. Я, наверное, и вышла за Матвея отчасти потому, что он нашел подход к Жану. При первом знакомстве Морозов сказал ему: «Ты мой друг, а не сын любимой женщины». Он с ним не церемонился – разговаривал по-мужски, возил с собой на деловые встречи. Думаю, они будут общаться и дальше. Я совсем не против!
– Для вас история с арестом Морозова стала неожиданностью (бывший супруг Леры сейчас отбывает срок за мошенничество. – Прим. «Телесемь»)?
– Да я просто ошалела. После трехмесячных съемок в Таиланде возвращалась в Москву, Матвей встречал в аэропорту, тогда его и взяли… А у нас с ним был договор: я не лезу в его работу, он – в мою.
– Как он вам все объяснил?
– Я его после этого не видела.
– Но вы развелись…
– Адвокаты... Год я общалась с Морозовым по телефону, он первым сказал: «Прости, что у нас ничего не вышло. Понимаю: тебе уже не 18, я не имею права на что-то претендовать. Живи своей жизнью». Думаю, это честно. Морозов всегда был настоящим мужиком.
– Не считаете, что предали его?
– Нет. Объясню. Я вышла за него замуж через три месяца после знакомства. Мы прожили год, из которых три месяца я провела в Таиланде. Если бы я родила от него ребенка, у нас были неземные чувства, мы успели обустроить быт, я бы его ждала. Я не предатель по сути. Но я честно сказала ему: «Морозов, ты хороший человек, однако сидеть и ждать, что будет дальше, не могу».
– Ему дали большой срок?
– К зиме должен выйти.
– Если он приедет к вам, может случиться, что все начнется снова?
– Нет. Объясню. Как только я вышла за Матвея, у него начались проблемы. Решала их я. Мне это нужно? Со своими бы разобраться. Я пашу всю жизнь, содержу семью, и еще тащить взрослого мужика?! К этому я не готова.
– Но вам нужно, чтобы кто-то был рядом?
– Последнее время часто задаю себе этот вопрос. У меня на сон-то времени нет. Если бы сейчас начала с кем-то жить, вряд ли у нас что-то получилось. Хотя… Встреть я человека, от которого бы сошла с ума, наверное, нашла бы время.
С Сергеем Лазаревым– Сейчас много говорят о ваших отношениях с Сергеем Лазаревым…
– Он близкий мне человек. Мы совпадаем по взглядам на жизнь, ритму, отношениям к окружающим. Поживем – увидим...
– Вы считаете себя материально благополучным человеком?
– Да. Я покупаю бриллианты, содержу ребенка, помогаю маме, хожу в рестораны. У меня своя квартира. То, что у меня есть, – это отчасти и случай, и трудолюбие, и, слава богу, профессия, благодаря которой я могу себя обеспечить. А планы у меня – о-го-го!
 

Блиц-опрос

– Если отдых, то…
– Тишина. Покой. Книга. Телевизор.
– Если еда, то…
– Шоколад и еще сыр.
– Если одежда, то…
– Джинсы. Все эти гламурные платья ненавижу.
– Если город, то…
– Москва.
 

Елена ШАТАЛОВА
Фото Артура ТАГИРОВА, Алексея ЛАДЫГИНА, PhotoXPress
 

 

оставить комментарий

проверка
защита от спама

Комментарии Вконтакте